Ключевые факторы естественного движения населения


Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница

1. КЛЮЧЕВЫЕ ФАКТОРЫ ЕСТЕСТВЕННОГО ДВИЖЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ

 Вымирание населения России продолжается, несмотря на интенсивную официальную пропаганду. 

 Его минимальная скорость была достигнута в августе 2009 года, когда естественная убыль населения составила лишь 1 тыс.чел.. Но затем долговременные демографические «волны», обусловившие тогда минимальную смертность при максимальной рождаемости, начали расходиться, и надежды безграмотной части бюрократии на нормализацию ситуации и прекращение вымирания не оправдались. 

 В первой половине 2011 года естественная убыль населения (этот термин означает разницу между рождаемостью и смертностью и не несет содержательной нагрузки; так, он не означает, что россияне должны вымирать, и это естественно) номинально сократилась (со 142,2 до 138,8 тыс.чел.), однако в расчете на 1 тыс.чел. в силу общего сокращения населения ситуация не изменилась. После сокращения естественной убыли населения с 2,5 чел. на тысячу живущих (промилле) в первой половине 2009 года до 2,0 промилле в первой половине 2010 года в аналогичном периоде этого года естественная убыль осталась на уровне 2,0 промилле. 

 Рождаемость снизилась вместе со смертностью: первая с 12,3 до 11,9 промилле, вторая – с 14,3 до 13,9 промилле; таким образом, тенденция сокращения смертности (как из-за изменения половозрастного состава населения, так и в силу инерционных последствий улучшения жизни в 2000-е годы) сохранилась (в первой половине 2009 года смертность составляла 14,6 промилле), а тенденция повышения рождаемости (по тем же причинам) прекратилась (в первой половине 2009 года рождаемость составляла 12,1 промилле). 

 Безусловным позитивным явлением стало заметное снижение младенческой смертности (это обобщающий показатель качества жизни, хотя он, похоже, фальсифицируется, хотя и не так сильно, как убийства): с 8,1 на тысячу (промилле) родившихся живыми в первой половине 2009 года до 7,6 промилле в первой половине прошлого года и до 7,1 промилле в аналогичном периоде текущего года. 

 Демографическая ситуация в стране определяется сочетанием собственно демографических факторов, являющихся исключительно долгосрочными и крайне инерционными, с последствиями социально-экономической политики государства, способных при значительных и рациональных усилиях весьма существенно и долговременно корректировать «демографические волны». 

 Эти «волны» связаны с численностью различных поколений и изменением их отношения к деторождению в силу изменения их образа жизни (например, массовый переезд из деревень в города в ходе индустриализации и развития общества потребления объективно ведет к существенному снижению рождаемости и получил даже название «демографического перехода»). 

 Вместе с тем тезис российской либеральной пропаганды, по которому демографическая ситуация не поддается сознательной корректировке со стороны государства, а любое стимулирование рождаемости ведет к последующему компенсационному ее падению, представляется большой циничной ложью, призванной прежде всего оправдать продолжающуюся демографическую катастрофу. 

 Частным случаем этой лжи является обоснование естественности снижения рождаемости в России ее снижением в развитых странах Европы и представление российской демографической катастрофы в качестве доказательства прогресса российского общества и его поступательного продвижения в лоно европейской цивилизации. 

 Оставив в стороне сугубо бытовые, прагматические возражения (вроде очевидной ненужности «цивилизации», продвижение к которой означает вымирание), отметим прямое противоречие этого подхода реальности. Ведь, если в развитых странах женщина в среднем имеет столько детей, сколько хочет, россияне, по данным Левады, имеют на одного ребенка меньше, чем хотят (среднее число детей, которое, по их мнению, должно быть в семье, составляет 2,5 ребенка, а реальное – 1,5 ребенка). Этот один ребенок на семью и составляет разницу между объективным снижением рождаемости, вызванным урбанизацией и формированием общества потребления, и итоговым снижением рождаемости, вызванным, в дополнение к объективным факторам, еще и негативной государственной политикой. 

 Классическими примерами негативного влияния политических процессов на демографию являются последствия Великой Отечественной войны и либеральных реформ, которые для нашей страны вполне сопоставимы. Почти двукратное падение рождаемости в сочетании с почти двукратным ростом смертности в начале 90-х годов, получившее название «русского креста», совершенно явно, просто в силу своей стремительности не может быть вызвано никакими объективными причинами и просто в силу своей статистической однозначности полностью разоблачает либеральную ложь. 

 Неверие добросовестных либералов (как бы мало их ни было) в возможность сознательного улучшения демографической ситуации целиком и полностью обусловлено ограниченностью самого либерализма: поскольку его идеологические догмы носят противоестественный для нормального человеческого существа характер, даваемые им рецепты, действительно, в принципе не способны привести к улучшению демографической ситуации. 

 Но это касается не любой политики государства как таковой, а лишь его разрушительной, либеральной политики. 

 Человек, будучи частью живой природы, всецело подчиняется ее объективным законам: попав в благоприятные, соответствующие его природе (а не личным гедонистическим предрассудкам, что принципиально) условия, он, как и любой другой биологический вид, начинает бурно приумножаться. Создание таких благоприятных условий и есть не только идеальная, но и вполне реальная, достижимая практически цель государства; не стоит забывать лишь, что в силу социальной природы человека и условия, соответствующие его природе, должны носить в первую очередь социальный характер. 

 Непосредственная причина вымирания России заключается в невыносимых социально-экономических условиях, в которых искусственно удерживается ее население. 

 По данным центра Левады, летом 2011 года лишь 16% россиян обладали уровнем потребления, характерным для «среднего класса», то есть не испытывали нехватки денег для покупки товаров длительного потребления. 83% россиян такую нехватку испытывали, то есть были бедными (в том числе 8% испытывали нехватку денег на покупку еды, а 28% - на покупку одежды). 

 При этом в 2011 году наблюдается даже некоторое ухудшение ситуации. Так, по данным Росстата, реальные доходы населения снизились в первом полугодии на 1,4%. А в I квартале 2011 года, несмотря на беспрецедентно благоприятную внешнеэкономическую конъюнктуру (цена нефти устойчиво превышала 110 долл/барр), численность населения с доходами ниже прожиточного минимума выросла по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 2,3 млн.чел.. «Новые нищие» составили, таким образом, третий по численности населения город России. 

 Социально-экономические условия ведут и к ухудшению общественного здоровья, усугубляемого последовательным уничтожением системы здравоохранения (и тем более системы обеспечения безопасности потребительских товаров) в рамках либеральных реформ в целях превращения ее из системы укрепления здоровья людей в механизм извлечения прибыли из их болезней. (Точно так же в интересах бизнеса, как законного, так и преступного, целенаправленно разрушается государством и общественная мораль, что имеет столь же пагубные последствия для демографической ситуации.) 

 Наиболее наглядно о разрушении общественного здоровья свидетельствует прекращение акселерации молодежи и снижение среднего роста призывников (до того массовое снижение роста целого народа на протяжении жизни одного поколения отмечалось лишь в Северной Корее), однако оно сильнейшим образом проявляется и в репродуктивной сфере. Так, по данным главного акушерагинеколога России В.Кулакова, 15% семейных пар в России страдает бесплодием, и их число увеличивается. 

 Вместе с тем жизнь человека определяется далеко не только материальными факторами; психологический климат в обществе не менее важен для его благополучия, чем уровень жизни и уверенность в завтрашнем дне (также отсутствующая в России). Человеку нужны не только благосостояние, но и чувство принадлежности к чему-то большему, чем он сам, - некая «сверхзадача», вне зависимости от ее реалистичности и адекватности, - а также ощущение справедливости, соответствия повседневных правил жизни принятым в данном обществе моральным установкам. 

 Без этого человек просто вымирает, – что мы и видим. Лишенные смысла жизни и перспектив, россияне массово уничтожают себя – не только самоубийствами, наркотиками и алкоголем, но и проявляющейся в гомерических масштабах бытовой неосторожностью. 

Это не менее важный фактор продолжающейся демографической катастрофы, чем искусственная бедность, неуверенность в завтрашнем дне, разрушение морали и общественного здоровья. 

 Наглядное улучшение ситуации в 2000-е годы было вызвано ростом уровня жизни за счет нефтедолларов, просыпавшихся обществу с пиршественного стола коррумпированной бюрократии и олигархии, реализации части отложенных в 90-е рождений, а также вступлению в фертильный возраст родившегося благодаря снижению пьянства из-за «сухого закона» поколения «детей Горбачева». 

 Однако к настоящему времени все эти резервы исчерпаны: 

  • коррупционные аппетиты растут быстрее цен на нефть, сокращая доходы населения (которые рассматриваются правящей тусовкой как законная добыча), 
  • социальная сфера последовательно разрушается (новый виток ее уничтожения намечен на 1 июля 2012 года, когда после инаугурации следующего президента вступит в действие закон «О бюджетных организациях»), 
  • отложившие рождение ребенка в нищете и ужасе 90-х либо родили детей, либо утратили способность к деторождению, 
  • «поколение Горбачева», попав в неблагоприятные социальнопсихологические, а во многом и экономические условия, в демографическом плане выдохлось (хотя в политическом, будучи самым многочисленным из ныне живущих поколений, себя покажет, - как в демократической революции конца 80-х – начала 90-х показало себя самое многочисленное тогда поколение послевоенных «бэби-бумеров»). 

 Это обусловливает неизбежность нового витка ухудшения демографической ситуации в России, - как минимум, в 2010-е годы.