А какой Россия была?


Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница

Игорь Чубайс
10 января 2015 года Игорю Борисовичу Чубайсу присвоена Интернет-награда "Просветитель России" за книгу "РАЗГАДАННАЯ РОССИЯ"

А какой Россия была? Так что же представляла собой Россия на рубеже XIX- XX столетий? После многих веков беспрерывного и весьма успешного собирания земель, выхода к естественным границам, расширение своей территории мы приостановили.

Начался переход к интенсивному качественному росту. По размеру территории Россия уступала тогда только Британской империи, площадь страны составляла 22,4 млн. кв. км. (Сейчас площадь России около 17,1 млн. кв. км.). Численность населения к 1914 году составляла 182 миллиона человек (больше в то время проживало только в двух странах – Китае и Великобритании. С конца XIX века в России происходил огромный прирост населения (по полтора процента ежегодно) и потому за 20 лет правления императора Николая II – с 1894 по 1914 годы – оно возросло в полтора раза.

По объему валового производства Россия занимала 3-4 место в мире, но по темпам экономического роста с 1890 по 1916 годы наша страна опередила весь остальной мир, соответствующие показатели колебались между 7 и 11%. Это было время, когда ведущие немецкие философы призывали «учиться у России», а японские фабриканты ставили на своих товарах поддельное клеймо «Сделано в России». Вглядимся в фотографии той поры. Их и сейчас сохранилось немало, поскольку страна была достаточно богатой, и только зародившееся в Европе искусство фотографии было у нас очень популярно. В лицах людей того времени видно здоровье, открытость, радость и очень характерная для наших предшественников удаль.

Первое экономическое чудо ХХ века происходило, не в послевоенной Германии и не в Японии 50-х годов. Вопреки расхожему мнению, оно начиналось в России! Наши просторы и экономические перспективы привлекали множество иностранцев, по числу въезжающих в страну мы вышли на второе место в мире, уступив первое североамериканцам. Россия имела бездефицитный бюджет, крепкий рубль, значительные накопления золотого запаса. Валютный курс рубля сохранял устойчивость, доллар стоил 1р 94 к., немецкая марка – 47 копеек. По официальной статистике в 1913 году среднедушевой доход на одного россиянина был, примерно, в 2,6 раза ниже, чем в Германии. Но бремя налогов и цены были у нас значительно ниже, и потому разница в реальном уровне жизни была еще меньшей. За прошедшие с начала ХХ века полтора десятилетия расходы на народное образование увеличились более чем в 5 раз! При этом средств хватало и на то, чтобы, соразмерно меняющейся ситуации, увеличить расходы на армию и флот. 12 лет постсоветских экономических реформ не дали людям почти ничего, в то время как Николаевские преобразования 1905-1916 годов – это огромный рывок вперед.

Конституция 1906 года предоставляла гражданам России свободу выбора места жительства и выезда за границу. Загранпаспорт получали на третий день после представления соответствующего заявления, русского паспорта и 10 рублей (цена 10 килограмм сливочного масла). Власть Императора и прежде была ограничена, в частности, законом о престолонаследии, исключавшем произвол и субъективизм в процедуре передачи полномочий. В ходе революционных изменений 1905-1907 годов в стране был создан новый выборный орган власти, и политическую систему России стали называть думской монархией. В стране начал действовать десяток набирающих вес и влияние политических партий. В 1914 году в Москве уже шли подготовительные работы по постройке метро.

В России действовало очень либеральное по тем временам социальное законодательство. Уже с конца ХVIII века детский и женский труд жестко ограничивался.

Поэтому Трудовой кодекс, отпечатанный у нас на французском и латинском языках для заграницы, был запрещен для обнародования во Франции и Англии, как крамольный.

После революции 1905 года были узаконены профсоюзы, труд детей до 12 лет запрещался, женщины в ночную смену не работали, рабочий день в целом не мог превышать 10 часов. Не удивительно, что в 1912 году американский президент Тафт заявил российской делегации: «Ваш император создал такое совершенное рабочее законодательство, каким ни одно демократическое государство похвастаться не может».

(См. Б.Л. Бразоль. Царствование императора Николая II 1894-1917 в цифрах и фактах. Приложение к книге Л.А. Тихомирова «Единоличная власть как принцип государственного строения». Нью-Йорк.,1943).

Многонародное государство, получившее название Империи Всероссийской, объединяло пространство от Вислы и Балтики до Тихого океана, от берегов Северного Ледовитого океана до отрогов Гималаев. На этих территориях проживало большое количество различных этносов. В отношении правительства к инородцам иногда проявлялись «уклоны» в сторону национализма, но сам русский народ в целом, как пишет замечательный историк, эмигрант первой волны С.Г. Пушкарев, «никогда не страдал болезнью национального самомнения и не рассматривал своих соседей как «низшие расы». Хотя официальная политика двух последних императоров ограничивала использование местных языков, поляки, евреи, немцы, армяне, татары, буряты, монголы и около сотни других народов сохраняли свою религию, язык, обычаи. (См. С.Г. Пушкарев «Россия 1801 – 1917: власть и общество». М., 2001., с. 528.). Подобных оценок придерживался не только Пушкарѐв, они было типичными и для других исследователей России.

Иван Солоневич в известной работе «Народная монархия» отмечает, что все народы, включенные в орбиту государственного строительства, чувствовали себя одинаково – «удобно или неудобно, но так же, как русский народ» (И.Солоневич, цит. соч. М, 1991, с.235). Он считает это основной чертой русского государственного строительства. Оказавшись в эмиграции, русские интеллектуалы создали в 20-е годы оригинальное научное направление Евразийство. Представители этой школы также показали, что формирование Российской империи существенно отличалось от того, как формировались другие полиэтнические государства. Скажем, англичане, когда они попадали в Африку или Азию, смотрели на окружающие народы сверху вниз, они уже были сформированы как нация. А вот жителям Ганы еще предстояло пройти через процесс образования нации. В России русские формировались совместно с другими этносами, здесь шел двусторонний культурный обмен и взаимовлияние, здесь не было деления на высших и низших.

Россия называла себя и фактически была семьей народов, про «тюрьму народов» придумали, конечно же, советские пропагандисты. По сей день можно встретить журналистов и политологов, не знакомых с собственной историей и оттого «мудро» предсказывающих печальную развязку всем империям. Этот прогноз, к счастью, не подходит для России. Между Британской империей и Российской империей общего столько же, сколько между ключевым словом в сочетаниях «милостивый государь» и «Государь император».

Однако, трудно представить страну начала прошедшего века только по цифрам и политико-статистическим отчетам. Еѐ надо почувствовать, а для этого хорошо бы включить аудиозапись и услышать голос Фѐдора Ивановича Шаляпина, увидеть картины Третьяковки, полюбоваться красотой старого московского храма, а потом зайти внутрь и увидеть сохранившийся иконостас. Начало века – это действительный духовный взлет.

Это музыка великих композиторов, оставшаяся с нами навсегда, это литература с мировым резонансом, это новый балет, новый театр, драматургия, режиссура, актеры. Как легко не замечать того, что рядом, но многие ли народы смогли выразить себя так широко и так глубоко! Поставить рядом можно, пожалуй, лишь Древних Греков, на философское наследие которых мы опираемся по сей день.

Динамичное, интенсивное развитие страны позволяло делать оптимистические прогнозы. Считалось (расчеты были выполнены до 1914 года и не учитывали приближение 1-й Мировой войны), что к 1920-1922 году Россия достигнет всеобщей грамотности, (к 1917 году грамотными были 45% всего населения), к 1930 году – выйдет на первое место в мире по уровню внутреннего валового производства. К 1950 году население Империи, по прогнозам Д.И. Менделеева должно было приблизиться к 300 миллионам человек.

Однако реальный социально-исторический процесс разворачивался иначе. В причинах этого нам ещѐ предстоит разобраться.

Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница