Тоталитаризм или попытка заменить Бога человеко-богом

Игорь Чубайс
10 января 2015 года Игорю Борисовичу Чубайсу присвоена Интернет-награда "Просветитель России" за книгу "РАЗГАДАННАЯ РОССИЯ"

Тоталитаризм или попытка заменить Бога человеко-богом. Конец теперь уже позапрошлого века был для Европы временем радикальной смены идей. Ф.Достоевский и Ф.Ницше одновременно почувствовали приближающийся кризис христианства. Правда, при этом русский мыслитель сокрушался, ибо, если Бога нет, то все дозволено, а немецкий философ был полон оптимизма, ведь «гибель богов» – это распад ограничивающей индивида старой морали, это рождение новой, свободной личности.

Отказ от центральной системообразующей роли христианской идеи породил ценностный вакуум, который заполнился очень быстро, но не очень удачно. Главной европейской идеей стала неведомая в прежней истории идея тоталитарного вождя, который все знает, все может и указаниям которого все обязаны следовать. Место Бога в секуляризирующихся обществах занял человеко-бог, обретавший в разных странах национально окрашенную форму – фюрера, дуче, каудильо. История европейского тоталитаризма еще свежа в памяти, многие (хотя далеко не все) ее аспекты хорошо исследованы и проанализированы. Главные особенности такого мироустройства сводятся к следующему. Подобная система претендует на абсолютное упорядочивание и рационализацию жизни, на исключение всякого хаоса и отклонений. Вождь легитимирует свою власть тем, что утверждает познанность законов истории, от имени которых он действует. (Учение Маркса всесильно, потому что оно верно. Фюрер признается главным толкователем догматов, на его долю выпадает также ведение непрерывной борьбы за их чистоту.) Мораль, право, здравый смысл, – все в таком государстве оказывается производным и основанным на идее, провозглашаемой самим вождѐм.

Подобный способ социальной организации действительно ведет к определѐнной упорядоченности жизни. Сторонники Сталина обоснованно вспоминают реальные плюсы старой системы – снижение цен, устранение детской беспризорности, преступности, отсутствие наркомании, проституции... Рядовые сталинисты справедливо отстаивают идею порядка в государстве, но при этом не замечают другого. Тоталитарная идея оказалась крайне нестабильной, краткосрочной и, выражаясь языком современного рынка, сверхдорогостоящей, ибо для ее поддержания потребовались огромные материальные ресурсы и неизвестные прежней истории массовые человеческие жертвоприношения.

Так происходило потому, что эпоха фюреризма непременно оказывалась эпохой агрессии и войны. Ведь вождь провозглашает себя человеком всезнающим и понимающим как должен быть устроен этот мир. Зная, где находится «светлое будущее», он обязан ввести туда все человечество, почему-то вовсе к такому будущему не стремящееся. Другой генератор агрессии приводится в действие тайным комплексом неполноценности, как правило, присущим существу, вознесенному на вершину власти. Объявив себя «высшим», но, не являясь таковым в действительности, фюрер должен устранять тех, кто ему не верит, с ним не согласен, кто талантливее его. Так начинается внешняя и внутренняя война (в Советской России вторая оказалась гораздо более кровавой, чем первая, в Германии получилось наоборот). Что дальше?

Мировая война 1939 – 1945 годов, а это, в первую очередь, война Сталина и Гитлера, не могла не закончиться чьей-то победой. Советский Союз победил и в результате на 50 лет законсервировал у себя ту систему, которую разрушил на западе континента. Победитель не знает, как много он потерял. Плодами победы воспользовался не он, и лишь полтора десятилетия назад восточный блок начал переходить к демократии и свободе. (Конечно, стоит уточнить, что война для руководителей государства и для воюющего народа – вещи разные, миллионы Матросовых, Талалихиных, Гастелло стремились спасти своих близких, свои дома, свою землю, а не какие-то идеологические догматы)

Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница

Comments